Суд признал незаконным штраф за представление налогоплательщиком недостоверной информации об акционерах в части их персональных данныхНалогоплательщик представил в налоговый орган сведения по форме 2-НДФЛ за 2021 год в количестве 67 604 штук. В ходе проверки сведений налоговый орган установил, что из общего количества представленных справок не прошли идентификацию 31 190 штук, так как данные физических лиц, указанные в справках, не позволили их идентифицировать в связи с неверным указанием персональных данных, а именно: отсутствием указания ИНН и даты рождения (паспортные данные). Дата рождения в справках указана 01.01.1900.
В связи с этим налоговый орган привлек налогоплательщика как налогового агента к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126.1 НК РФ, за представление налоговым агентом налоговому органу документов, предусмотренных Налоговым кодексом, содержащих недостоверные сведения, в виде взыскания штрафа.
Суды первой и апелляционной инстанций признали привлечение к ответственности правомерным исходя из того, что налоговое законодательство не содержит определения понятия «недостоверные сведения», поэтому любые заполненные реквизиты сведений по форме 2-НДФЛ, не соответствующие действительности, можно отнести к недостоверным.
Применительно к упомянутым документам это могут быть любые ошибки, допущенные налоговым агентом при заполнении соответствующих реквизитов (например, в персональных данных налогоплательщика, кодах доходов и вычетов, суммовых показателях и т.д.). Указанная ответственность также применяется в случае допущения ошибки в показателях, идентифицирующих налогоплательщиков – физических лиц (ИНН физического лица, фамилия, имя, отчество, дата рождения, паспортные данные), которые также могут повлечь невозможность реализации в полном объеме прав физических лиц, а также прав и обязанностей налоговых органов (в части администрирования налога).
При этом суды отклонили довод налогоплательщика о том, что у него отсутствует обязанность по ведению реестра акционеров (реестродержателем являлось третье лицо – регистратор) и о том, что держатели акций за актуальность сведений отвечают самостоятельно.
Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов и рассмотрел спор в пользу налогоплательщика, указав следующее.
Обязанность по актуализации сведений о лицах – владельцах ценных бумаг лежит на самих владельцах ценных бумаг. Следовательно, эмитент не может быть расценен в качестве лица, обеспечивающего достоверность сведений, отражаемых в справках о доходах на основании данных держателя реестра.
При этом согласно подп. 2 п. 1 ст. 109 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при отсутствии вины лица в совершении налогового правонарушения.
Вышеуказанные положения законодательства свидетельствуют об отсутствии вины налогоплательщика в совершении налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 126.1 НК РФ.
(постановление АС Северо-Кавказского округа от 29.12.2025 по делу № А63-21548/2023 ПАО "Вторая генерирующая компания оптового рынка электроэнергии")Остаток средств на ЕНС не может учитываться при исчислении процентов, начисляемых за период неправомерной блокировки расчетных счетов налогоплательщикаНалоговый орган направил налогоплательщику по ТКС требование о представлении пояснений. Ввиду неисполнения налогоплательщиком обязанности, установленной п. 5.1 ст. 23 НК РФ, и непредставления в налоговый орган квитанции о приеме требования в установленный срок, налоговым органом были вынесены решения о приостановлении операций по счетам налогоплательщика.
После получения указанной квитанции налоговый орган не сразу отменил свое решение о приостановлении операций по счетам, а сделал это спустя более 3 месяцев. В связи с этим налогоплательщик на основании п. 9.2 ст. 76 НК РФ взыскал с налогового органа проценты за период неправомерной блокировки счетов.
В то же время налогоплательщик потребовал уплатить проценты и исходя из остатка средств на его едином налоговом счете (ЕНС).
Суды отказали в удовлетворении требований в этой части, исходя из того, что базой для расчета процентов является остаток денежных средств на счете, доступ к которым был ограничен по решению налогового органа. Остаток денежных средств на ЕНС не может учитываться при исчислении процентов, поскольку данные денежные средства не находились на расчетных счетах налогоплательщика, заблокированных налоговым органом на основании решений.
Так как налоговым органом не были ограничены права налогоплательщика на распоряжение суммами положительного сальдо ЕНС, то проценты на остаток сальдо по ЕНС начислению не подлежат. При этом фактически возвращенная налогоплательщику с ЕНС сумма, зачисленная на его счет в банке в период блокировки, была учтена в расчете процентов в полном соответствии с п. 9.2 ст. 76 НК РФ.
Суды отклонили ссылку налогоплательщика на позицию, изложенную в
Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.01.2025 № 309-ЭС24-18347 по делу №
А76-24862/2023 (которую он привел в кассационной жалобе), поскольку выводы ВС РФ основаны на иных фактических обстоятельствах (в указанном деле рассматривался вопрос о взыскании процентов по факту излишнего взыскания денежных средств налоговым органом).
Позиция налогоплательщика сводится к необходимости применения п. 9.2 ст. 76 НК РФ к остатку денежных средств на его едином налоговом счете, что, как отметили суды, является недопустимым расширительным толкованием данной нормы, не соответствующим ее буквальному содержанию.
(постановление АС Московского округа от 29.12.2025 по делу № А41-114978/2024 ИП Лис) Положительная деловая репутация и сложное финансовое положение налогоплательщика не признаны смягчающими налоговую ответственность обстоятельствамиПо итогам налоговой проверки налогоплательщик был привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа. Налогоплательщик оспорил решение о привлечении к ответственности, и суд первой инстанции снизил размер штрафа в 2 раза, приняв ссылку налогоплательщика на наличие у него смягчающих ответственность обстоятельств.
По словам налогоплательщика, он имеет статус добросовестного контрагента и соответствующую деловую репутацию. У него имеются обязательства по различным договорам и соглашениям. Взыскание доначисленных сумм повлечет за собой начисление неустоек и штрафов по заключенным договорам, приостановление предоставления услуг и, как следствие, значительные убытки для предприятия и, возможно, его полную остановку.
Суды апелляционной и кассационной инстанций не согласились с оценкой указанных налогоплательщиком обстоятельств как смягчающих ответственность и рассмотрели спор о такой оценке в пользу налогового органа, указав следующее.
Добросовестное поведение является нормальным поведением участника хозяйственной деятельности и не может расцениваться как исключительное обстоятельство. Положительная деловая репутация налогоплательщика не относится к смягчающим ответственность обстоятельствам, поскольку данное обстоятельство не характеризует налогоплательщика применительно к выявленным налоговым органом налоговым правонарушениям и не может влиять на установленную законодательством о налогах и сборах обязанность по уплате налогов.
Возможность наступления значительных убытков и остановки деятельности предприятия означают тяжелое финансовое положение налогоплательщика. Однако тяжелое финансовое положение коммерческой организации – налогоплательщика, в котором она оказалась в результате осуществления предпринимательской деятельности, само по себе не является смягчающим ответственность обстоятельством, на основании того, что налогоплательщик является коммерческой организацией, осуществляющей предпринимательскую деятельность, которая в силу п. 1 ст. 2 ГК РФ является самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельность, направленной на систематическое получение прибыли. Кроме того, данный довод налогоплательщика основан на предположениях, не подтвержденных доказательствами.
При этом суд апелляционной инстанции дополнительно также указал, что поскольку вменяемое налогоплательщику налоговое правонарушение, ответственность за которое предусмотрена п. 3 ст. 122 НК РФ, предполагает совершение налогоплательщиком умышленных действий в целях занижения суммы подлежащего уплате налога, то это исключает возможность применения смягчающих обстоятельств. Указанный вывод суда соответствует правовой позиции, изложенной в судебных актах по делу №
А40-74193/2024.
(постановление АС Московского округа от 25.12.2025 по делу № А40-50574/2025 ООО "Завод специального машиностроения")Каждый отказ от представления документов (информации) на выставленное налоговым органом требование является самостоятельным составом налогового правонарушенияНалоговый орган в рамках налоговой проверки третьего лица на основании ст. 93.1 НК РФ направил налогоплательщику по поручению другого налогового органа требование о представлении документов. На следующий день он направил еще несколько требований о представлении документов.
Поскольку во всех случаях документы представлены не были, налогоплательщик в каждом из них был привлечен к налоговой ответственности за непредставление документов.
Налогоплательщик оспорил эти решения, ссылаясь на злоупотребление правом со стороны налогового органа, который путем искусственного дробления одного требования и выставления 57 идентичных требований, а затем вынесения по каждому из них решений, стремился достигнуть результата (максимальной суммы штрафа) именно путем поэтапного совершения действий и через отдельные результаты. По сути, налоговый орган оштрафовал налогоплательщика за одно и то же деяние 57 раз отдельными решениями.
Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, указав, что НК РФ не содержит запрета на выставление требования о предоставлении документов (информации) в случае, когда по ранее выставленному требованию документы не представлены. Таким образом, каждый отказ от представления документов (информации) на выставленное налоговым органом требование является самостоятельным составом налогового правонарушения.
Спорные требования были не совсем идентичны друг другу. В частности, в перечень документов, истребуемых налоговым органом в спорных требованиях, добавлены такие пункты, как график рабочего времени физического лица за проверяемый период, документы об образовании, содержащие информацию о специальности и квалификации физического лица. Сами требования были выставлены в отношении 57 разных сотрудников общества.
Кроме того, налогоплательщику не даны полномочия для проверки оснований направления налоговым органом требования о необходимости представления документов, оценки целесообразности истребования конкретного документа и (или) информации, содержащих сведения, касающиеся деятельности проверяемого налогоплательщика.
(постановление АС Московского округа от 11.12.2025 по делу № А40-40563/2024 ООО "МЕТАЛЛСЕРВИС-ГРУПП")Суд признал, что решение о проведении выездной проверки фактически было принято позже, чем датировано, что привело к нарушению определения периода, который мог быть охвачен проверкойНалоговый орган вынес решение о проведении в отношении налогоплательщика выездной налоговой проверки по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 31.12.2018.
Решение о проведении проверки за названный период датировано 30.12.2021. Однако, по мнению налогоплательщика, оно фактически принято налоговым органом не 30.12.2021, а 08.01.2022, следовательно, 2018 год не может входить в проверяемый период в силу п. 4 ст. 89 НК РФ, которым предусмотрен трехлетний период возможной налоговой проверки, предшествующий году вынесения решения налогового органа о ее проведении.
Суды рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из следующего.
Электронный документооборот регулируется Приказом ФНС России от 18.01.2017 N ММВ-7-6/16@. В таблице 4.7 Приказа от 18.01.2017 имеется описание кодировки и расшифровки символов и обозначений, которые применяются при направлении налоговым органом документов налогоплательщикам посредством ТКС. При направлении одного документа такой контейнер как правило, содержит три электронных файла:
- файл формата «.pdf»;
- файл формата «.sig»;
- файл формата «.xml».
В ходе судебного разбирательства налоговым органом на материальном носителе представлены все три файла. Дата первых двух файлов в их наименованиях совпадает – 08.01.2022 (значение 20220108 в формате год, месяц, день), а при открытии документа xml-формата подтверждается, что датой создания документа является «08.01.2022», что следует из строки ДатаДок=«08.01.2022», а также строки ДатаФайлДок=«08.01.2022».
Проанализировав содержание представленных налоговым органом файлов, суд пришел к выводу об отсутствии в них каких-либо указаний на подписание решения о проведении выездной налоговой проверки 30.12.2021, а не в дату фактического создания файла документа xml-формата 08.01.2022, указав, что отправка решения о проведении выездной налоговой проверки через ТКС происходит одновременно с подписанием этого документа с помощью ЭЦП, соответственно, такой документ считается юридически созданным с момента его подписания.
Анализ представленных налоговым органом скриншотов из программы АИС «Налог-3» позволил суду сделать вывод, что в указанную по утверждению налогового органа дату принятия решения о выездной налоговой проверке – 30.12.2021, налоговым органом совершался лишь ряд действий, направленных на подготовку проекта решения с целью его последующей отправки налогоплательщику через ТКС.
Апелляционная инстанция отклонила ссылку налогового органа на якобы аналогичные дела, поскольку в них установлены иные фактические обстоятельства. Так, из них следует, что налоговым органом в ходе судебного разбирательства представлены оригиналы решения о проведении выездной налоговой проверки на бумажном носителе за подписью уполномоченного лица. Кроме того, в приводимых налоговым органом судебных актах имелись данные программного комплекса налогового органа «АИС Налог 3», позволяющие установить дату подписания документа ЭЦП в указанную налоговым органом дату.
(постановление 13 ААС от 19.12.2025 по делу № А56-120688/2024 ООО "Строймонтаж")ОЦЕНКА TAXOLOGYИз года в год уже много лет в районе новогодних праздников возникает одна и та же спорная ситуация, когда налоговый орган в самые последние дни уходящего года выносит решение о проведении выездной проверки, а налогоплательщик получает это решение уже в начале января и считает, что и вынесено оно было тоже в начале января, что, в свою очередь, привело к нарушению налоговым органом определения периода, который мог быть охвачен такой проверкой. Подавляющее большинство таких споров рассмотрены в пользу налоговых органов, но некоторые из них, основанные на тщательном анализе целого ряда технических моментов электронного документооборота и оценке совокупности доказательств (включая и приведенный выше спор), все же рассматриваются в пользу налогоплательщиков, использующих малейшие недочеты и недоработки в действиях сотрудников налоговых органов при подготовке, подписании и отправке таких решений налогоплательщикам. Напомним, что показательным в этой категории споров является дело
№ А65-4220/2022, исход которого неоднократно менялся при прохождении по инстанциям, но завершился в итоге в пользу налогоплательщика (о нем мы рассказывали в
TaxDigest № 246).
