Дайджест № 353

Уважаемые коллеги, добрый день!

В дайджесте № 353
отмечаем интересные дела:

Решение по итогам выездной проверки не может быть оспорено контролирующими лицами налогоплательщика по мотиву нарушения этим решением их чести, достоинства и деловой репутации


Налогоплательщик оспорил в суде решение налогового органа по результатам налоговой проверки, в ходе которой было установлено создание схемы с участием взаимозависимых лиц. Суды удовлетворили требование налогоплательщика лишь частично.

Контролирующие лица налогоплательщика и указанных лиц (учредители/руководители) обжаловали решение суда первой инстанции со ссылкой на то, что оно нарушает их честь, достоинство и деловую репутацию, изложенные в оспариваемом решении выводы суда не соответствуют действительности.

Апелляционный суд прекратил производство по их жалобе исходя из того, что предметом спора по настоящему делу являлось оспаривание налогоплательщиком решения налогового органа, которым налогоплательщику доначислены налоги.

Принятое судом первой инстанции по настоящему делу решение не затрагивает непосредственно права лиц, подавших спорную жалобу, и не возлагает на них какие-либо обязанности. С учетом изложенного, их нельзя признать лицами, которые имеют право на обжалование решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 42 АПК РФ.

Суд также указал, что сами по себе формулировки, приведенные заявителями в жалобе, о нарушении налогового законодательства не могут быть признаны порочащими сведениями, поскольку проведение налоговой проверки в соответствии с положениями НК РФ является правом налогового органа.

Судами отмечено, что для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно об их правах и обязанностях. При этом наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов. Аргументы, изложенные в жалобе, фактически свидетельствуют о наличии у заявителей заинтересованности в исходе спора, а не о принятии судебного акта об их правах и обязанностях.

Суды отклонили довод заявителей о возможности судебной защиты их чести, достоинства и деловой репутации исключительно в рамках настоящего дела, поскольку он основан на ошибочном толковании норм права. Честь, достоинство и деловая репутация могут быть предметом судебной защиты в соответствии со ст. 152 Гражданского кодекса РФ в рамках самостоятельного спора.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 28.01.2026 по делу № А31-7951/2022 ООО "Тимберрейл")

Статьями 46, 47 НК РФ не предусмотрены специальные сроки для взыскания с зависимого лица недоимки в судебном порядке

Решением налогового органа, принятым в 2020 году по итогам выездной проверки, налогоплательщику доначислена недоимка. Предусмотренные ст. ст. 46, 47 НК РФ меры для ее взыскания оказались безрезультатными. Постановлением от 03.06.2021 исполнительное производство окончено в связи с невозможностью установления местонахождения должника и его имущества. Определением арбитражного суда от 21.10.2022 производство по заявлению налогового органа о признании налогоплательщика несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием у должника имущества, достаточного для покрытия расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В связи с этим в 2023 году налоговый орган обратился в суд с заявлением о признании налогоплательщика и третьего лица взаимозависимыми лицами и о взыскании налоговой задолженности налогоплательщика с этого третьего лица. В 2024 году суд такое решение вынес, исполнительный лист предъявлен к исполнению.

После вынесения указанного судебного решения данное третье лицо обратилось в суд с заявлением о признании спорной задолженности безнадежной ко взысканию, ссылаясь на то, что налоговый орган утратил право на взыскание спорной задолженности; им не представлено доказательств повторного обращения в службу судебных приставов в течение шести месяцев с момента окончания исполнительного производства, что является основанием для признания задолженности безнадежной к взысканию.

Суды не согласились с позицией третьего лица и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив следующее.

Меры принудительного взыскания с налогоплательщика задолженности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (ст.ст. 46, 47 НК РФ) налоговым органом исчерпаны. В то же время ст.ст. 46, 47 НК РФ не предусмотрены специальные сроки для взыскания с зависимого лица в судебном порядке недоимки, в связи с чем, применению подлежит общий срок исковой давности – три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В данном случае, только после прекращения производства по делу о признании налогоплательщика несостоятельным (банкротом) у налогового органа возникло право на взыскание налоговой задолженности с взаимозависимого лица. С соответствующим требованием налоговый орган обратился в суд 19.07.2023. Таким образом, срок обращения с заявлением о взыскании не пропущен.

Иных оснований, перечисленных в п. 1 ст. 59 НК РФ, для признания обозначенной задолженности невозможной к взысканию, не имеется.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 26.10.2026 по делу № А43 39548/2024 ООО "ЮТА")



Передача взыскания налоговой задолженности в ССП на основании документа, принятого с нарушением, не препятствует признанию такой задолженности безнадежной

У налогоплательщика за периоды с 2011 по 2016 годы возникала налоговая задолженность, которая затем взыскивалась в рамках исполнительных производств. Эти производства были окончены в период с 2015 по 2018 гг. на основании пунктов 4 и 5 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» по причине отсутствия имущества у должника, на которое может быть обращено взыскание, а исполнительные документы возвращены взыскателю. Повторно в службу судебных приставов с заявлениями о возбуждении исполнительного производства налоговый орган не обращался.

Однако после закрепления в НК РФ с 01.01.2023 института Единого налогового счета (ЕНС) налоговый орган при формировании сальдо ЕНС на 01.01.2023 включил в нее спорную задолженность и в связи с образованием отрицательного сальдо вновь начал процедуру ее принудительного взыскания в т.ч. в рамках нового исполнительного производства.

В связи с этим налогоплательщик обратился в суд с заявлением о признании спорной задолженности безнадежной к взысканию, так как сроки ее взыскания уже истекли.

Налоговый орган, в свою очередь, исходил из того, что он в полном объеме и в установленные сроки предпринял все предусмотренные законом меры по взысканию задолженности; исполнительное производство на данный момент активно и в данном случае нет ни одного из законных оснований, перечисленных в ст. 59 НК РФ, для признания спорной задолженности безнадежной к взысканию, в связи с чем возможность для ее взыскания не утрачена.

Суды рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из того, что старые исполнительные производства по взысканию задолженности (2015-2018 гг.) были окончены, а повторно в службу судебных приставов с заявлениями о возбуждении исполнительного производства налоговый орган не обращался и срок повторного предъявления исполнительных документов истек.

Исполнительные документы по спорной задолженности, по которым истекли установленные ст. 21 Закона об исполнительном производстве шестимесячные сроки, не могут быть повторно предъявлены к исполнению в службу судебных приставов. Таким образом, сроки принудительного взыскания задолженности истекли, как и срок для повторного предъявления исполнительных документов, следовательно, правовых возможностей взыскания задолженности с учетом положений законодательства о налогах и сборах, подлежащего применению к рассматриваемым правоотношениям, как в судебном порядке, так и во внесудебном порядке не имеется.

Суды отметили, что передача задолженности на взыскание судебному приставу-исполнителю во исполнение исполнительного документа, принятого с нарушением налоговым органом процедуры или срока взыскания задолженности во внесудебном порядке, не является препятствием для признания таких платежей безнадежными ко взысканию, а налогового органа – утратившим право на взыскание.

(постановление АС Поволжского округа от 05.02.2026 по делу № А55-39939/2024 ио "РИМОС ЛИМИТЕД")



ОЦЕНКА TAXOLOGY

В данном случае суды в очередной раз демонстрируют подход о том, что если возможность принудительного взыскания налоговой задолженности была в какой-то момент утрачена, то в последующем она по общему правилу не может быть восстановлена, в т.ч. со ссылкой налогового органа на появление института ЕНС. Апелляционный суд в своем постановлении по данному делу снова напомнил о соответствующих правовых подходах, прямо указав, что введение Единого налогового счета (ЕНС) в 2023 году не восстановило утраченное право на взыскание. Передача на исполнение старой задолженности на основании новых документов, вынесенных с нарушением первоначальных процедурных сроков, не создает нового права на взыскание. Норма о трехмесячном сроке на направление требования об уплате с момента формирования отрицательного сальдо ЕНС (п.1 ст.70 НК РФ) не применяется к задолженности, право на взыскание которой было утрачено до введения ЕНС.

Исчисление НДС при импорте товара из страны ЕАЭС зависит от его облагаемости НДС на внутреннем рынке РФ

Налогоплательщик (покупатель, импортер) приобрел лесопильное оборудование у белорусского контрагента, признанного банкротом по законодательству Республики Беларусь. НДС при импорте оборудования на территорию РФ исчислен не был, что привело к спору с налоговым органом.

По мнению налогового органа, поскольку ввезённое оборудование не поименовано в ст. 150 НК РФ и в соответствии с действующим законодательством не освобождается от уплаты НДС, налогообложение спорной сделки осуществляется в общем порядке, предусмотренном для импорта товаров на территорию РФ.

По мнению налогоплательщика, нормы международных соглашений предусматривают необходимость применения при рассмотрении вопроса о порядке налогообложения при импорте товаров с территорий стран – участниц Таможенного союза не только положений ст. 150 НК РФ, содержащей перечень товаров, не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения) при их ввозе на территорию РФ независимо от страны происхождения товаров, но и ст. 146 НК РФ, определяющей порядок налогообложения на внутреннем рынке.

Суды рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из того, что на территории РФ (внутреннем рынке) операции по реализации товаров организациями, признанными банкротами по законодательству РФ, не являются объектами обложения НДС (подп. 15 п. 2 ст. 146 НК РФ).

Применение ставки 20 процентов к товарам, импортированным с территории стран – участниц Таможенного союза, при условии освобождения от НДС оборота идентичных товаров на территории РФ, вступает в противоречие с нормами и принципами международных договоров и приводит к неравным рыночным условиям на товарном рынке стран – участниц Таможенного союза, не согласуется с принципами, закрепленными в ст. 3 НК РФ, не допускающими установление дифференцированных ставок налогов и сборов, налоговых льгот в зависимости от формы собственности, гражданства физических лиц или места происхождения капитала.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 29.01.2026 по делу № А11-3646/2026 ООО "Гусь-Хрустальный леспромхоз")



Суд признал, что пансионат, оказывающий как санаторные, так и гостиничные услуги, вправе применять нулевую ставку НДС

Налогоплательщик имел статус санаторно-курортной организации, числился в перечне санаторно-курортных учреждений, размещенном на официальном сайте Минздрава РФ, осуществлял лечебный процесс в рамках оказания услуг по санаторно-курортному лечению на основании государственной медицинской лицензии на медицинскую деятельность.

В то же время он оказывал услуги по предоставлению мест для временного проживания лицам, не имеющим медицинских путевок, и применял к ним нулевую ставку НДС как к гостиничным услугам на основании пп.19 п.1 ст. 164 НК РФ, что привело к спору с налоговым органом, считавшим применение такой ставки неправомерным.

Суды первой и апелляционной инстанций согласились с позицией налогового органа, указав, в частности, следующее.

Объекты санаторно-курортного лечения и отдыха хотя и относятся к объектам туристской индустрии в соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24 ноября 1996г. № 132-ФЗ «Об основах туристической деятельности в Российской Федерации», но не оказывают услуги по предоставлению мест для временного проживания согласно ОКВЭД. Услуги санаторно-курортных организаций относятся к услугам в области здравоохранения, а услуги по предоставлению мест для временного проживания – к услугам гостиниц. К объектам налогоплательщика не применяются требования, установленные Федеральным законом № 132-ФЗ для гостиниц и иных средств размещения, в части предоставления гостиничных услуг и классификации гостиниц.

Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов и рассмотрел спор в пользу налогоплательщика, отметив, что в силу прямого указания подп. 19 п. 1 ст. 164 НК РФ льгота распространяется на услуги временного проживания в гостиницах или иных объектах размещения.

Налогоплательщик в спорный период являлся пансионатом (в дальнейшем санаторием), оказывающим не только санаторно-курортные услуги, но и размещение граждан без оказания медицинских услуг, то есть по гостиничному тарифу. При этом заселение граждан производилось не на периоды, соответствующие медицинским путевкам (10, 12, 14, 21 день), а по заявкам граждан в порядке гостиничного размещения.

Исходя из совокупности имеющихся в материалах дела и исследованных судами доказательств следует, что налогоплательщик является гостиницей и объектом туристской индустрии, оказывает, в том числе гостиничные услуги. В этой связи налогоплательщик соответствует требованиям, изложенным в подп. 19 п. 1 ст. 164 НК РФ, для получения налоговой льготы по услугам гостиничного размещения.

(постановление АС Северо-Кавказского округа от 26.01.2026 по делу № А32 33636/2024 АО "Пансионат "Бургас")

Исчисление НДС при импорте товара из страны ЕАЭС зависит от его облагаемости НДС на внутреннем рынке РФ

Налогоплательщик (покупатель, импортер) приобрел лесопильное оборудование у белорусского контрагента, признанного банкротом по законодательству Республики Беларусь. НДС при импорте оборудования на территорию РФ исчислен не был, что привело к спору с налоговым органом.

По мнению налогового органа, поскольку ввезённое оборудование не поименовано в ст. 150 НК РФ и в соответствии с действующим законодательством не освобождается от уплаты НДС, налогообложение спорной сделки осуществляется в общем порядке, предусмотренном для импорта товаров на территорию РФ.

По мнению налогоплательщика, нормы международных соглашений предусматривают необходимость применения при рассмотрении вопроса о порядке налогообложения при импорте товаров с территорий стран – участниц Таможенного союза не только положений ст. 150 НК РФ, содержащей перечень товаров, не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения) при их ввозе на территорию РФ независимо от страны происхождения товаров, но и ст. 146 НК РФ, определяющей порядок налогообложения на внутреннем рынке.

Суды рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из того, что на территории РФ (внутреннем рынке) операции по реализации товаров организациями, признанными банкротами по законодательству РФ, не являются объектами обложения НДС (подп. 15 п. 2 ст. 146 НК РФ).

Применение ставки 20 процентов к товарам, импортированным с территории стран – участниц Таможенного союза, при условии освобождения от НДС оборота идентичных товаров на территории РФ, вступает в противоречие с нормами и принципами международных договоров и приводит к неравным рыночным условиям на товарном рынке стран – участниц Таможенного союза, не согласуется с принципами, закрепленными в ст. 3 НК РФ, не допускающими установление дифференцированных ставок налогов и сборов, налоговых льгот в зависимости от формы собственности, гражданства физических лиц или места происхождения капитала.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 29.01.2026 по делу № А11-3646/2026 ООО "Гусь-Хрустальный леспромхоз")



Суд признал, что пансионат, оказывающий как санаторные, так и гостиничные услуги, вправе применять нулевую ставку НДС

Налогоплательщик имел статус санаторно-курортной организации, числился в перечне санаторно-курортных учреждений, размещенном на официальном сайте Минздрава РФ, осуществлял лечебный процесс в рамках оказания услуг по санаторно-курортному лечению на основании государственной медицинской лицензии на медицинскую деятельность.

В то же время он оказывал услуги по предоставлению мест для временного проживания лицам, не имеющим медицинских путевок, и применял к ним нулевую ставку НДС как к гостиничным услугам на основании пп.19 п.1 ст. 164 НК РФ, что привело к спору с налоговым органом, считавшим применение такой ставки неправомерным.

Суды первой и апелляционной инстанций согласились с позицией налогового органа, указав, в частности, следующее.

Объекты санаторно-курортного лечения и отдыха хотя и относятся к объектам туристской индустрии в соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24 ноября 1996г. № 132-ФЗ «Об основах туристической деятельности в Российской Федерации», но не оказывают услуги по предоставлению мест для временного проживания согласно ОКВЭД. Услуги санаторно-курортных организаций относятся к услугам в области здравоохранения, а услуги по предоставлению мест для временного проживания – к услугам гостиниц. К объектам налогоплательщика не применяются требования, установленные Федеральным законом № 132-ФЗ для гостиниц и иных средств размещения, в части предоставления гостиничных услуг и классификации гостиниц.

Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов и рассмотрел спор в пользу налогоплательщика, отметив, что в силу прямого указания подп. 19 п. 1 ст. 164 НК РФ льгота распространяется на услуги временного проживания в гостиницах или иных объектах размещения.

Налогоплательщик в спорный период являлся пансионатом (в дальнейшем санаторием), оказывающим не только санаторно-курортные услуги, но и размещение граждан без оказания медицинских услуг, то есть по гостиничному тарифу. При этом заселение граждан производилось не на периоды, соответствующие медицинским путевкам (10, 12, 14, 21 день), а по заявкам граждан в порядке гостиничного размещения.

Исходя из совокупности имеющихся в материалах дела и исследованных судами доказательств следует, что налогоплательщик является гостиницей и объектом туристской индустрии, оказывает, в том числе гостиничные услуги. В этой связи налогоплательщик соответствует требованиям, изложенным в подп. 19 п. 1 ст. 164 НК РФ, для получения налоговой льготы по услугам гостиничного размещения.

(постановление АС Северо-Кавказского округа от 26.01.2026 по делу № А32 33636/2024 АО "Пансионат "Бургас")